CAR-T терапия

В разделе, посвященном биомедицинским клеточным продуктам, большое внимание уделялось в основном правовым аспектам обращения данного вида продукта, а также основным процедурам, составляющим жизненный цикл БМКП. Однако данная статья посвящена непосредственно БМКП - новейшему и перспективному методу лечения онкологических, в частности онкогематологических заболеваний, с помощью генетически модифицированных Т-лимфоцитов пациента.

CAR-T (Chimeric antigen receptor [of] T cells) терапия – является одним из новейших методов адоптивной клеточной терапии с использованием генетически-модифицированных Т-лимфоцитов больного, экспрессирующих химерные антигенные рецепторы (CAR) к специфическим опухолевым антигенам.

Механизм действия данного вида терапии заключается в том, что благодаря модифицированному рецептору обеспечивается специфичность взаимодействия Т-лимфоцитов с опухолевой клеткой (что приводит к ее разрушению), а также активация Т-лимфоцитов.

Технология производства модифицированных Т-клеток состоит из нескольких этапов. Сначала производится забор Т-клеток из периферической крови пациента, затем производится их активация для последующей модификации. На третьем этапе проводится генетическая модификация Т-лимфоцитов, в результате чего на их поверхности появляются химерные рецепторы, обеспечивающие эффективность терапии. Последний этап представляет собой экспансию модифицированных Т-лимфоцитов в биореакторе. Перед введением клеток пациенту проводится контроль качества клеточного продукта – тестирование на микробиологическую безопасность, эффективность трансдукции и функциональную активность Т-лимфоцитов.

Такой подход, при котором клетки сначала извлекаются из тела пациента, модифицируются, а затем возвращаются обратно называется ex vivo.

Такая терапия эффективна при лечении больных с В-клеточными лимфомами, хроническим лимфолейкозом (ХЛЛ) и лимфобластным лейкозом (ОЛЛ). В настоящий момент проводится более 100 клинических исследований, посвященных изучению данного вида терапии.  Клеточная терапия оказалась наиболее эффективной при применении в сочетании с химиотерапией и другими методами лечения. По данным Kochenderfer et al ответ на такой вид комбинированной терапии составлял 43% для больных с ХЛЛ. По данным Maude et al. и Grupp et al. при аллогенной трансплантации костного мозга с последующим введение модифицированных Т-лимфоцитов (применении CAR-T терапии) полная ремиссия составляла 90% .

Однако у CAR-T терапии существуют побочные эффекты, такие как: аллергические реакции на животные или рекомбинантные компоненты, гиперцитокинемия, выражающаяся в повышении температуры, утомляемости, тахикардии, тошноте и т.д. Кроме того, рецепторы на поверхности модифицированных Т-лимфоцитов могут взаимодействовать со здоровыми клетками, например, с нормальными B-лимфоцитами.

Таким образом, CAR-T терапия показала свою эффективность в ходе доклинических и клинических исследований при лечении онкологических заболеваний. Тем не менее, она требует усовершенствования с целью устранения побочных эффектов.

---

1. Павлова А.А., Масчан М.А., Пономарев В.Б. Адоптивная иммунотерапия генетически модифицированными Т-лимфоцитами, экспрессирующими химерные антигенные рецепторы. Онкогематология. 2017;12(1):17-32. 
2. Kochenderfer J.N., Wilson W.H., Janik J.E. et al. Eradication of B-lineage cells and regression of lymphoma in a patient treated with autologous T cells genetically engineered to recognize CD19. Blood 2010;116(20): 4099–102. DOI: 10.1182/blood-2010-04-281931.
3. Kochenderfer J.N., Dudley M.E., Feldman S.A. et al. B-cell depletion and remissions of malignancy along with cytokineassociated toxicity in a clinical trial of anti- CD19 chimeric-antigen-receptortransduced T cells. Blood 2012;119(12):2709–20. DOI: 10.1182/blood-2011-10-384388
4. Maude S.L., Frey N., Shaw P.A. et al. Chimeric antigen receptor T cells for sustained remissions in leukemia. N Engl J Med 2014;371(16):1507–17. DOI: 10.1056/NEJMoa1407222.
5. Grupp S.A., Kalos M., Barrett D. et al. Chimeric antigen receptor-modified T cells for acute lymphoid leukemia. N Engl J Med 2013;368(16):1509–18. DOI: 10.1056/NEJMoa1215134